Путешествие в Тибет. День 3

Дворец Норбулинка

Утреннее солнце сверкает в брызгах фонтана, тихо плещется вода у входа во дворец Норбулинка. Поют птицы. Мы единственные посетители летней резиденции Далай-ламы - Лаура, Тим, я и Дорджи. Время для размышлений. Огромный парк в 40 гектаров, как японский дзен сад совершенного покоя и гармонии у наших ног. Тихий прохладный утренний ветерок шелестит в верхушках сосен и кипарисов. Норбулинка в переводе означает "Драгоценный сад" и на самом деле парк несравненной красоты.

Главный дворец относительно небольшой и уютный. Запах исцеляющего аромата ладана пронизывает яркие комнаты. Летний дворец кажется менее официальным и религиозным, чем холодный и темный зимний дворец. Норбулинка более живой и веселый. Ощущение легкости бытия парит над солнечными бликами золотых куполов дворца. В углу сидит монах, он улыбается и пьет чай.

Так как мы здесь единственные гости и я не заметила никаких надзирателей, я сделала несколько фото без разрешения. На потолке загорелась красная сигнальная лампа. Раздался агрессивный звонок старого телефона. Монах поклонился звонившему на другом конце линии. Затем подошел к нам, отчаянно сказав: "No fotos please! No fotos!". Дорджи кивнул. Очевидно, датчики регистрируют, когда кто-то фотографировал, и доклад о правонарушителях передавался китайской центральной станции мониторинга. А те наказывают дежурного монаха, который не выполнил свои надзорные обязанности. Строгие правила.

У Далай-ламы было не много времени, чтоб насладиться своей прекрасной летней резиденцией. Он посещал этот дворец всего три года, до своего изгнания. Во время вторжения китайские власти пригласили Далай-ламу на театральный спектакль, сообщив, что он должен приехать в военный лагерь китайцев без сопровождения. “Приглашение” означало верную смерть. 10 марта 1959 началось народное восстание, люди требовали вывода китайских войск.

"Я отвечал на все письма китайского правительства, чтобы выиграть время - время, которое было необходимо для того, чтобы остудить гнев обеих сторон и призвать народ Лхасы к выдержке... Самым главным моим моральным долгом в этот момент было предотвращение катастрофического столкновения безоружных людей и китайской армии". / Далай-лама /

30000 лхасцев окружили Норбулинку, пытаясь защитить Далай-ламу от китайцев. Люди ждали в течение недели перед дворцом.17 марта два минометных снаряда были выпущены по дворцу. К счастью, они упали в пруд, находящийся поблизости. В тот же день Далай-лама, одетый, как солдат, покинул дворец через боковую дверь и бежал. Китайцы не знали об этом, хотя Далай-лама прошел под самым носом военных блокпостов. 19 марта китайцы открыли огонь по дворцу. В тот день погибло 12000 тибетцев. Но Далай-лама был уже в Индии. За ним последовало 100000 тибетцев.

"Да здравствует Далай-лама!" – сказал Тим, прощаясь. Я добавила: "Свободный Тибет". Монах улыбнулся украдкой и опустил глаза.

Зоопарк

После визита дворца Норбулинка на повестке дня нашего путешествия был соседний зоопарк. Идиллия в бадье. В грязных, тесных клетках без деревьев и какой-либо зелени, здесь прозябают медведи, волки, обезьяны и рыси. Полусумасшедшими печальными глазами смотрят они нас, с уверенностью, что в 20 км в Гималаях скрывается большая свобода. Свобода, которую они никогда больше не увидят. Огромный тигр сидит потеряно за решеткой, вяло перемещаясь по маленькой клетке туда и обратно. Его жалкое мурлыканье не похоже на рев.

Посещение зоопарка оставило смешанные чувства, сменившие хорошее настроение с утра. Четыре благородные истины буддизма: 1. Жизнь есть страдание. 2. Страдания возникают через желания, ненависть и невежество. 3. Страдания могут быть преодолены. 4. Есть путь, который может положить конец страданиям. Нужно идти восьмикратным путем: правильное понимание, мышление, речь, действия, образ жизни, стремление, осознание, концентрация. Звучит действительно очень просто.

Монастырь Сера

Во второй половине дня в монастыре Сера ("Дикая роза") мы стали свидетелями особого зрелища: монахи занимались традиционными послеобеденными философскими и религиозными дискуссиями. Ежедневно несколько сотен монахов усаживаются под деревьями в саду монастыря на три часа (с двух до пяти часов дня) и упражняются в философской дискуссии. При этом один монах из пары читает молитву, обсуждая факты и уроки, извлеченные из буддийских писаний и сопровождает их собственными аргументами. Оппонент вступает в спор в "угрожающей позе" решительно хлопая собеседника при каждом заявлении правой рукой по левой руке "защитника", чтобы произвести впечатление своим языком тела. Сидящие на земле слушатели проверяют точность высказывания и задают свои вопросы, или критикуют. Допустивший ошибку, передает свою очередь другому.

Монахи читают свои лекции с большим усердием. Некоторые, правда, кажется, иногда только мечтают о чем-то. О чем мечтают такие молодые люди в монашеской одежде? Юноши в расцвете сил. О большом мире? Светской карьере? Сексуальных контактах? О жизни без монашеских правил, многочасовых медитаций и лишений? Мы никогда не узнаем.

Три пожилые испанки присели в центре на гравий, чтобы сфотографировать монахов. Одна даже толкнула монаха, чтоб тот подвинулся правее. Я не верю своим глазам. Такое неуважительное отношение! Мне хотелось их упрекнуть, но испанки были на другом конце сада. По крайней мере, о такой корове здесь точно никто не мечтает.

Вечером Дорджи попрощался с нами. Следующим утром он отправляется с двумя американскими альпинистами в горы.

21:30, звонит телефон.
- Алло, - я взяла трубку.
- Аллооо, - стон на другом конце линии.
- Алло?
- Вы хотите массаж? - Хихиканье. Щелчок. Гудки.